Без мин и автоматов Калашникова

Но деньги заканчиваются – бюджет уже не в состоянии обеспечить потребности машиностроительных и других предприятий. Не ошибусь, если скажу, что в 2012 г. часть из них остановится навсегда.
В кризис мы стали свидетелями передела рынка – кредиторы поневоле были  вынуждены консолидировать активы должников. Банки прибирали к рукам объекты незавершенного строительства, приспосабливая их под офисы или замораживая в ожидании спроса. Пытались управлять промышленными предприятиями. В государственном секторе продолжается приватизация – МУГИСО объявило, что пустит региональные ГУПы в распродажу. А мы знаем, что слияния и поглощения не всегда идут на пользу тем, кого поглощают. Не говоря уже о том, что местный бизнес, ставший частью федерального или, не дай бог мирового, теряет всякую самостоятельность. Когда СУАЛ был крупной региональной компанией, никому бы и в голову не пришло остановить или закрыть Богословский алюминиевый завод. Невозможно представить, чтобы Анатолий Сысоев пришел к Эдуарду Росселю и сказал: «Вексельберг решил выставить рабочих на улицу», потому что глава ФПГ был в диалоге с региональной властью – вместе они всегда находили компромиссы и возможности для работы бизнеса. А сейчас предприятие вошло в «Русский алюминий», и руководство компании готово поступиться маленьким филиалом на Урале.
Развалу промышленности способствуют и изменения в структуре оборонных заказов. Недавно государство объявило, что автомат Калашникова больше не закупает, а это – основной продукт Ижевского машиностроительного завода. Давно нет заказов для боеприпасной отрасли. Режевской механический завод – единственное предприятие в России, которое с 1812 г. делает мины самого ходового размера. Однако Минобороны эту продукцию больше не заказывает, потому, что на армейских складах скопилось большое количество этих мин. Уже устаревших, которые надо утилизировать. И даже на это денег толком нет. Еще год-два без работы, и делать мины будет некому – специалисты уволятся. Возможно, перестанет существовать и само предприятие. А мы усиленно помогаем Косово, везем туда фурами еду и теплую одежду на миллионы долларов, думаю, эта помощь была бы более полезна для наших людей в Ивделе, Туре или Новой Ляле.
Серьезные изменения ожидаются и на АвтоВАЗе – завод переходит к сборке машин на платформе Renault-Nissan. Это будет полностью импортный автомобиль. Когда его поставят на конвейер, часть заводов по производству автокомпонентов если не перепрофилируются (зачастую на это нет денег), будут тихо умирать.  Комплектующие для автомобилей выпускает целый куст предприятий в Самарской, Челябинской, Свердловской областях и других субъектах РФ. Кстати, в Свердловской области продукция автопрома составляет существенную долю ВРП.
Минпромторг, конечно, добьется, чтобы иностранцы локализовали  производство комплектующих в России. Но выпускать их и поставлять на сборочный конвейер в режиме just in time будут фирмы, расположенные поблизости от Тольятти. При этом кроме крупноузловой сборки на новом предприятии скорее всего ничего не останется. Только изготовление несложных пластиковых деталей, простые операции, не требующие больших капвложений и большого числа рабочих мест. А уральским заводам придется искать себе другое занятие – хорошо, если они справятся с этой задачей.
Работу предприятия «Амур» нам удавалось сохранить в течение 2,5 лет. Сейчас часть кредиторов хочет ликвидировать предприятие через процедуру конкурсного производства. Одним из активных участников остается налоговая инспекция. Мне странно, что областная власть любыми способами помогает уже действующему предприятию, а УФНС наоборот – хочет его ликвидировать, потому что у них, видите ли, такой регламент и плохая отчетность для Москвы .
И мне обидно, когда на «ГАЗ» приезжают президент с премьером и дают 38 млрд руб. на поддержание штанов и, возможно, на инвестпроект по сборке китайских грузовиков. Головному «АМО ЗИЛ» мэрия Москвы выделяет 2,4 млрд руб. на производство 1200 автомобилей (при розничной цене 900 тыс. руб.). А нам никто ничего не даст. Говорят: вы не нужны. Но это значит, что регионы становятся сырьевым придатком центра. Производства в небольших городах готовы закрыться. Мы видим – начался отток населения: многие города уже не стотысячники, а некоторые – уже даже не миллионники.
Тем временем страна собирается в ВТО. Как только мы этого добьемся, на промышленном секторе придется ставить крест – наши предприятия не смогут конкурировать с западными ни по цене, ни по качеству, ни по финансовым возможностям. Тогда падет и наш последний бастион – оборонка.
Так что держитесь – будет непросто.
Надеюсь, прорвемся!