Система образования в России продуцирует коррупцию. Екатеринбург

Причин было две. Во-первых, управленческий опыт, приобретенный в небольших российских компаниях, иностранцы не признают – подтвердить квалификацию менеджера может только диплом западного образца. Во-вторых, рассудил я, учеба поможет быстрее адаптироваться в новой среде, улучшить язык и завести деловые связи. Мне было трудно – несколько раз хотел бросить, но удержался. В конце ноября 2011 г. я сдал дипломную работу и в ожидании результата, который сообщат не раньше февраля, делюсь размышлениями о западном образовании с друзьями.
Я говорю им – отправляйте детей в иностранные университеты, особенно если хотите, чтобы они постигли основы менеджмента. Это важно, ибо традиции преподавания естественных наук в России еще сохранились – работы наших химиков и физиков публикуются в западных научных журналах, а вот отечественная школа менеджмента только складывается. 90% книг по управлению написаны по-английски, но большинство преподавателей, даже в известных российских бизнес-школах, не владеют иностранными языками. Что они могут предложить учащимся, если используют материалы, отобранные и переведенные на русский кем-то другим? Наши студенты лишены возможности черпать знания из первоисточников, в то время как их сверстникам на Западе доступно все, что публикуется в мире. Только за доступ к базам данных университет Окленда ежегодно платит около $10 млн.
Хуже, однако, другое – наша система образования системно продуцирует коррупцию. Дело даже не в преподавателях, берущих взятки (наверное, не от хорошей жизни). Просто из стен вузов выходят люди, привыкшие мошенничать. Не секрет, что тексты курсовых и дипломных работ они покупают или скачивают из Интернета, а на экзаменах пользуются микроскопическими наушниками и тривиальными шпаргалками. В цивилизованном мире такие номера не проходят. Если перед экзаменом вы не сдадите сотовый телефон, и это обнаружат, вас сразу выгонят с экзамена – на моих глазах так погорела студентка из Китая (возможно, она не поняла запрета из-за плохого английского). Предельный объем цитат (без ссылок на источники) в текстах студентов не может превышать 20%. Если вы забудете указать, откуда взяли информацию,  вас обязательно поймают за руку – все курсовые и дипломные работы поступают к преподавателю через сайт www.turnitin.com, который анализирует текст на предмет плагиата, сравнивая его со всеми опубликованными статьями, и книгами и студенческими работами на ту же тему.
И главное. В иностранном вузе обучение построено так, чтобы заставить студента трудиться в течение всего семестра как минимум по восемь часов в день – вчерашних школьников приучают беречь каждую минуту. О знаниях студентов судят не только по оценкам на экзаменах, а по тому, как они работали в семестре – индивидуально и в команде. Над ними висит Дамоклов меч – завалившему экзамен не дадут вызубрить предмет и пересдать на пятерку. Ему придется снова платить деньги и заново изучать предмет. Исключений нет. Зато выпускники университета – практически готовые работники, которым не придется дважды объяснять, что делать. Поэтому адаптация вчерашних студентов на предприятии («Забудьте, чему вас учили в институте», – говорят им в России) – большей частью наша внутренняя проблема, обусловленная низким качеством знаний и тем, что вузы ориентированы на самих себя.
Еще один резон образование на Западе – в российском университете студент не обретет глобального видения мира. Российская внешняя политика – до сих пор во многом изоляционистская. К сожалению, руководство страны поддерживает идею об особом пути России, а за границей мир видится иначе, чем из-за нашего местами еще железного занавеса. Но стоит выбраться наружу, и кругозор расширяется – вы начинаете общаться с преподавателями и студентами из разных стран, которые думают и смотрят на жизнь иначе.
Некоторые российские вузы осознают, как велика пропасть  между системами образования – нашей и западной. УрФУ, отдадим ему должное, собирается попасть в ТОП-500 мировых университетов, но путь этот будет длинным. Пока что в ТОП-500 входит только МГУ, и в некоторые рейтинги – еще Санкт-Петербургский университет. На распределение мест влияют и качество библиотеки, и отзывы иностранных студентов, и частота цитирования преподавателей в мировых научных журналах. Руководство УрФУ упоминало о намерении привлекать иностранных лекторов. На мой взгляд, было бы полезнее зазывать русских преподавателей, которые сегодня читают разные дисциплины в западных университетах. Они быстрее помогут нашим вузам интегрироваться в мировой образовательный процесс. Время дорого.